qq21 (qq21) wrote,
qq21
qq21

Category:

100 Величайших фильмов ужасов всех времен по версии IndieWire – часть II



90. «Человек-леопард» (Жак Турнёр, 1943)

Нельзя сказать достаточно, насколько влиятельными остаются фильмы продюсера Вэла Льютона, истинного автора, стоящего за необычайной серией фильмов ужасов для RKO в 1940-х годах. В своей сообразительности он предположил, что независимые кинематографисты могут быть намного свободнее в своём творческом видение, если будут использовать структуру – чем меньше бюджет, тем меньше внимания со стороны финансистов. А зависимость зрителя касательно нагнетания страха может оказать существенное влияние даже на создание блокбастера – Спилберг близко к сердцу принял урок Льютона и своими «Челюстями» показал, что невидимое страшнее того, что мы видим. «Человек-леопард», возможно, концептуально не следует самим канонам Льютона, но в руках режиссёра Жака Турнёра фильм о серии убийств в Нью-Мексико просто искрит богатой детализацией. А также в нём есть самая пугающая сцена убийства, которую вы когда-либо видели.



89. «Вий» (Георгий Кропачев и Константин Ершов, 1967)

По рассказу Николая Гоголя «Вий» - один из редких фильмов ужасов, снятых в России в советское время. Студент семинарии, бродящий по сельской местности, проводит ночь в компании ведьмы, а после убивает её. Утром он обнаруживает, что ведьма на самом деле была дочерью богатого землевладельца, и теперь мужчина должен провести три ночи взаперти в местной церкви, защищая её тело от злых духов. Ужасы, с которыми мужчина сталкивается в течение трёх ночей, могут посоперничать с одними из лучших монстров Гильермо дель Торо: гоблинами с тающей плотью, худыми демонами и зазубренными скелетами, вырванными руками, прорывающимися сквозь стены церкви, и духом молодой ведьмы, одетой в одежду в мрачном белом платье и цветочной короне в виде ромашки с кровавыми слезами на глазах. Некоторые сцены «Вий» устарели, но это кино всё равно остаётся захватывающим взглядом на кинопроизводство, скрытое когда-то за железным занавесом.



88. «Голод» (Тони Скотт, 1983)

Трудно представить, чтобы кто-нибудь когда-нибудь захочет расстаться с Дэвидом Боуи, но это именно то, что делает Кэтрин Денёв в роли эфирного вампира Мириэм в фильме «Голод». Несмотря на то, что ему исполнилось 200 лет, а ему обещали вечную жизнь, Джон в исполнение Боуи начинает быстро стареть, убедившись в том, что вечная жизнь не означает вечную молодость. Из-за отталкивающей внешности, Мириэм бросает его и начинает искать нового спутника, которого она вскоре находит в лице Сары (Сьюзан Сарандон) – доктора, специализирующегося на старении, которая надеялась помочь Джону. Но Сара не так уступчива, как бывшие любовники Мириэм, и поскольку Сара пытается приспособиться к её новому образу жизни, эти обстоятельства ставят её в прямой конфликт с Мириэм, угрожая раскрыть её многовековую тайну. «Голод» - атмосферный фильм о вампирах, не похожий ни на один другой. В то время как основной сюжет повествует о пылких лесбийских отношениях между Сарандон и Денёв, фильм также известен диспозиционной последовательностью, где Джон и Мириэм рыщут в поисках влюбленных, чтобы утолить свой голод. Позже культовая последовательность послужила вдохновением для введения Леди Гаги в «Американскую историю ужасов: Отель».



87. «Маска красной смерти» (Роджер Корман, 1964)

Невероятно, как много Роджер Корман мог извлечь из такой мелочи. Эта адаптация рассказа Эдгара Аллана По, где Винсент Прайс в роли злобного принца Просперо декадентского дворянина, чьи многочисленные грехи возвращаются, чтобы досаждать ему (буквально), является шедевром дизайнерского оформления. Где каждая последовательная сцена, идущая через цепочку связанных комнат в замке Прайса, оформлены разными сногсшибательными цветами. Это такой же фильм для глаз, как «Суспирия» Ардженто и «Инферно», но если смелые оттенки в этих горефестах часто кажутся лишь визуальной фичей, то смелый стилистический выбор Кормана служат также политическим сообщением.

86. «Кошмар на улице Вязов» (Уэс Крэйвен, 1984)

Какие бы мета находки не изобретали в следующих частях «Улицы Вязов», оригинальная история Фредди Крюгера явно уже устарела, повествуя о том, что молодые люди всегда должны расплачиваться за ошибки предыдущих поколений. Когда родители на улице Вязов взяли правосудие в свои руки и сожгли своего соседа Крюгера, узнав, что он педофил, тот вскоре вернулся как призрак, чтобы терроризировать уже их детей. Идея Крэйвена ясна: Крюгера нужно было привлечь к ответственности, но люди, берущие закон в свои руки – это не правосудие. Хэзер Лэнгенкэмп — лучшая финальная девушка со времён Лори Строуд в её стремлении победить Крюгера и бороться с грехами своих родителей. Вы чувствуете её уязвимость и отождествляетесь с ней так сильно, что неистова переживаете за неё: ненавистные телефонные звонки Крюгера (каким-то образом буквально облизывающий её своим языком через приёмник телефона) и его когтистая рука, вылезающая из воды, когда она принимает ванную. Через эти культовые сцены, Крэйвен хочет не то, чтобы лишить Нэнси человеческого достоинства, а хочет заставить зрителя отождествлять и сопереживать ей ещё больше.



85. «Антихрист» (Ларс фон Триер, 2009)

Первый фильм из "трилогии депрессии" от мастера-провокатора Ларса фон Триера вызвал много споров и породил множество тезисов и анализов, как и любой другой фильм фон Триера. Красиво стилизованная, насыщенная скорбью и отчаянием картина, повествующая о супружеской паре, которая после смерти своего ребёнка уединяется в хижине в лесу, где у мужчины возникают причудливые видения, а женщина проявляет всё более жестокие сексуальные желания. «Антихрист», как говорят, был написан под влиянием собственной борьбы фон Триера с депрессией. Это очевидно. После выхода фильма в прокат, его можно было расценивать как медитацию человеческой реакции на психологическую травму. Приготовьтесь столкнуться с крайне степенью жестокостью. По крайней мере, зрители точно будут очарованы визуальной картинкой и актёрскими работами Уиллема Дефо и Шарлотты Генсбур.

84. «Что случилось с Бэби Джейн?» (Роберт Олдрич, 1962)

Лучшие фильмы ужасов включают в себя как поверхностные страхи для эскапистского толчка, так и более глубокие страхи, с которыми мы все можем столкнуться. Экранизация Роберта Олдрича бульварного романа Генри Фаррелла могла бы быть просто шокирующей иллюстрацией в изображении двух сестёр, одна из которых была бывшая детская звезда Джейн (Бетт Дэвис), чья известность была затменена последующим успехом её сестры-кинозвезды Бланш (Джоан Кроуфорд), проводящая остаток своей жизни в инвалидном кресле после аварии, в которой была виновата Джейн. Эти двое были забыты миром, и когда мы присоединяемся к ним как зрители, кажется, что они десятилетиями живут по одному и тому же распорядку дня. Их жизни уже давно закончены: они обречены перефразировать одни и те же обиды веками и до бесконечности. Единственное, что может изменить — это если негодование Джейн обретёт форму убийственной ярости. Что и происходит. Настоящий страх, с которым Дэвис и Кроуфорд сталкиваются с такой срочностью — это страх сожаления, что приводит к финальной сцене грусти на пляже, способная посоперничать с гораздо более искусными пляжными нотами современной тоски, с такими как «400 ударов» и «Сладкая жизнь».



83. «Корабль-призрак» (Марк Робсон, 1943)

Подобно «Долгому путешествию домой» Джона Форда и «Сияния», «Корабль-призрак» — это медленное исследование Вэла Льютона о том, как пассивная агрессия может перерасти в убийство. Матрос Том Мерриам (Расселл Вэйд) с торгового судна "Альтаир" начинает подозревать, что что-то не так с капитаном Стоуном (Ричард Дикс) – в одни моменты он, кажется, впадает в отрицание, в другие ему нравится утомлять экипаж сухими, пространными объяснениями своих взглядов на власть. После того, как один из членов экипажа, Луи (молодой Лоуренс Тирни), подвергает сомнению один из приказов Стоуна, капитан отвечает: «Знаешь, есть капитаны, которые могли бы иметь к тебе претензии, Луи». Вскоре после этого Луи погибает под якорной цепью. Совпадение? Очевидно, нет. Но даже если остальная часть команды подозревает, что Стоун – убийца. Они скорее проигнорируют его преступления или оправдают его, чем перейдут в сторону обвинения пока они находятся в море. Так Мерриаму приходится сыграть роль Уилла Кейна, чтобы встряхнуть экипаж от всеобъемлющей апатии и признать, что поведение капитана не соответствует норме.



82. «Кожа, в которой я живу» (Педро Альмодовар, 2011)

Испанский автор Педро Альмодовар переключился в режим Хичкока ради воплощения этого извилистого, сексуального медицинского триллера о мести, являющегося экранизацией романа Тьерри Жонке «Тарантул» 2005 года. Воссоединившись через два десятилетия со своим протеже Антонио Бандерасом («Матадор»), играющего тут необычного пластического хирурга, который занимается трансгенной терапией, используя гены свиней для создания непроницаемой кожи человека. Он также держит в плену своего дома великолепную Веру (Елена Анайя), освежая её эпидермис за белой маской для лица. Горничная Марилия (Мариса Паредес) также является одной из тайн этого фильма, которая шокирует своей разгадкой – в этом странном мире, где всё может случиться.



81. «Суспирия» (Лука Гуаданьино, 2018)

Есть много фильмов ужасов, в которых кинопроизводство выходит за рамки сценария B-movie, но ремейк Луки Гуаданьино «Суспирия» удаётся сделать прямо противоположное — этот плотный и эрудированный сценарий иногда вынуждающий прибегнуть к учебному пособию Cliff’s Notes и курса ведьм 101 уровня, чтобы понять этот фильм. Фильммейкинг тут настолько интенсивен и виртуозен, что обладает собственной экспозицией. Движение вызывает насилие, разрывает его сверхъестественную связь. Композиция обретает вожделение, в то время как звук воплощает мировую рознь. Даже для ценителей Гуаданьино, глубина его режиссерского мастерства, продемонстрированного в этом фильме, будет поражать, так же как и хруст костей.

Английский оригинал статьи на: indiewire.com

Tags: кино, перевод, топ, ужасы
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 6 comments